новости веб-чат СЕРДАЛО карта заставка
 







  Общенациональная газета Республики Ингушетия Сердало  


  Общенациональная газета Республики Ингушетия Сердало
 

  4 страница

ОБЩЕНАЦИОНАЛЬНАЯ ГАЗЕТА РЕСПУБЛИКИ ИНГУШЕТИЯ

Выходит с 1 мая 1923 года; № 22 (9789), четверг, 15 февраля 2007 года

Дитя социализма
(Продолжение.
Начало в № 20)
… Все тот же «горбач», натужно ревя мотором, доставил их на станцию. В небольшом кирпичном здании было жарко натоплено, и замерзшие в автобусе юноши сразу, побросав вещи, прильнули к печке. Ждать поезда осталось минут 20. Стас в очередной раз проверил билеты, пересчитал людей, спросил, все ли вещи забрали. Получив утвердительный ответ, он немного успокоился и сел поближе к теплому боку голландки. Ему не удалось отдохнуть. После ужина он ходил на переговорный пункт, но не дозвонился.  Связь работала плохо. Он хотел устроить своей команде достойную встречу - с  музыкой и цветами. Неожиданно его осенила мысль. Он поднялся и пошел к начальнику станции. В кабинете сидела пожилая женщина.
– У вас есть связь с городом? - спросил он.
- Есть связь с дежурным по станции, – ответила женщина.
- Вы можете позвонить туда и разрешить мне сказать несколько слов, - спросил Стас.
- Да ради Бога, - она сняла трубку и нажала тумблер. Через несколько секунд ей ответил дежурный по станции. Женщина объяснила дежурному ситуацию, и передала трубку Стасу. Стас попросил дежурного позвонить по городскому телефону дежурному облспорткомитета и сообщить, что его команда едет домой с победой, и чтобы устроили встречу. Дежурный пообещал позвонить и все передать, а потом сообщить им. Действительно, через 2-3 минуты запищал зуммер. Дежурная взяла трубку и сразу передала ее Стасу. Ему сказали, что позвонили и передали эту новость по адресу, и что команду будут встречать. Поблагодарив дежурную, Стас заметно повеселевшим вышел в зал ожидания. Вскоре подошел поезд, хоккеисты расположились на своих местах и под мерное покачивание вагона  стали вспоминать перипетии турнира и подтрунивать друг над другом. Ехать  предстояло 12 часов - еще было время отдохнуть  и выспаться. Их действительно встречали с оркестром и  речами. Тучный руководитель облспорткомитета пожал каждому руку и поздравил с победой.  Приезд снимали местные телевизионщики. Стас отвечал на вопросы журналистов, хвалил своих пацанов и благодарил их за победу. Он не сказал при этом ни одного доброго слова в адрес властей, что, наверное, не понравилось встречавшим команду чиновникам. Магомед, Саня и Кузя жили недалеко друг от друга, и, собрав свои вещи, пошли на остановку автобуса. Магомеда догнал Стас. – Скажи отцу, что в 7 часов я буду у вас, - сказал он.
Ребята сели на нужный автобус, и  через 10-15 минут Магомед был уже дома, благо ехать от вокзала всего 4 остановки. Было уже 5 часов вечера. Все кроме отца были дома. Его окружили младшие братья и сестры. Младшая Рая сразу потянулась на руки. Магомед посадил ее на правое плечо. Девочка рассматривала его новый спортивный костюм, а младшие братья Мурад и Башир пытались открыть коробку с магнитофоном. Магомед, морщась от боли, бережно опустил сестренку на пол и подошел к матери.
- Ну и как сыграли? - спросила мать.
- Мы заняли первое место, а меня признали лучшим вратарем, - сказал Магомед.
- А костюм спортивный откуда.
- Подарили. Еще мне подарили магнитофон и классную финскую клюшку, – не без гордости добавил он.
- Не знаете.
Мовлат Гирей дома? - спросил он мать.
- Я сейчас посмотрю, - отозвался Мурат.
Мовлат Гирей был их соседом. Он работал в студии звукозаписи и у него была всякая музыка. Мурат накинул пальто и выскочил во двор.
- Еще не пришел, - выпалил он, вбегая в дом, - Марем сказала скоро придет.  А я сказал им, что ты приехал.
Скоро пришел с работы отец. Магомед сказал ему, что в 7 часов придет Стас. Хасанбек сразу достал из кармана деньги и протянул ему 10 рублей.
- Иди в магазин и принеси самый лучший коньяк, а ты, – обратился он к жене, – приготовь хороший ужин.
- Да ужин готов, – сказала мать. - Может пару кур еще сварить?
- Делай, что хочешь, но человека надо встретить достойно, – сказал отец.
У них в кладовке хранились среди прочих припасов выпотрошенные замороженные куры. Семья делала так каждый год, забивая их на зиму до сотни.
- Папа, а можно я пойду с Магомедом? – спросил у отца Мурат.
- Иди, – сказал отец. - Только руку его не отпускай.
Они пошли в ближайший магазин, который находился недалеко, в одной из пятиэтажек. Продавщица знала Магомеда и поэтому без вопросов продала ему бутылку лучшего грузинского коньяка. На сдачу они с братом набрали всяких сладостей и под завистливые взгляды местных алкашей, топтавшихся на улице, отправились домой. Мать уже занималась стряпней. В кухне стоял вкусный запах жаренной с чесноком курятины. Магомед поставил коньяк в холодильник. Хасанбек не пил спиртного, только иногда мог себе позволить рюмку - другую и все. Он уважал Стаса и всегда был рад его видеть. Поэтому и был куплен лучший коньяк. Стас же прямо с вокзала отправился с чиновниками в спорткомитет. Председатель по приезде сразу кинулся звонить первому секретарю обкома, а Стас пошел в бухгалтерию сдавать отчет. Денег, выдаваемых на поездку, всегда не хватало. Стас переплачивал из своих, хотя их никто не компенсировал ему еще ни разу. Сдавая отчет, Стас опять «влетел» на 120 своих, кровных, но даже не подумал об этом. Затем он поехал домой. Жил Стас с больной матерью на окраине города в плохо отапливаемой старой развалюхе.
- Сынок, это ты? - слабым голосом спросила старушка, приподнимаясь в постели,– Слава Богу, вернулся. Ну как съездили? 
Стас подошел к кровати, обнял мать, и поцеловал ей руку.
- Все хорошо, мама. Как ты? - спросил он.
- Держусь пока.  Леля приходит, убирает, готовит. Только недавно ушла. Там в кастрюле клецки поешь, вкусные очень.
- Мама, я должен сходить по делу,  - сказал Стас. - Не жди меня, если задержусь. Ложись спать.
- А куда ты? – спросила мать.
- Да к Хасанбеку схожу. Надо поговорить. Сын у него толковый. Жалко, если бросит хоккей.
- Почему бросит?
- Я слышал, что они собираются на Кавказ. Хочу просить, чтобы он оставил здесь пацана.
- Им есть куда вернуться, – задумчиво сказала мать, – нам возвращаться некуда. Не пустят нас домой. Вон Эрика, соседка, написала заявление на выезд, так ее в КГБ вызывали, страшали, заставили забрать заявление назад.
- Немцам труднее. Они все работяги, а такие люди советской власти здесь нужны. Поэтому и не пускают их, -  задумчиво произнес Стас. – Но однако мне пора. Не волнуйся. Я скоро приеду.
Придя из магазина, Магомед принялся убирать двор. Ему хотелось, чтобы щепетильному Стасу понравилось у них. Они с братом убрали вокруг дома и во дворе весь снег. Подмели двор. Взяв большие сани, Магомед привез сразу 4 фляги воды. Когда они с братом, закончив домашнюю работу, вошли в дом, Стас уже сидел и о чем-то разговаривал с отцом. Мать накрывала на стол в зале, ей помогали сестры.
- Вот он, герой, – улыбнулся Стас. – Хороший у тебя растет сын, правильный.
- Если хороший, то в первую очередь для себя, если плохой тоже для себя, – сказал отец. Он никогда не хвалил своих детей, но ему было приятно, что Стас хорошо отзывается о сыне.
Из зала прибежала Рая – Па, вас мама в зал зовет, – сказала девочка, и, взяв отца за руку, повела  в комнату.
- Пойдем, Стас, здесь жарко и шумно, – сказал отец. Они прошли в зал, где было чуть прохладнее. Магомед помог матери накрыть встол и стал у двери. Стас и отец сели ужинать. Отец сделал знак сыну. Магомед принес коньяк. Отец открыл бутылку и налил Стасу и себе.
– Ну, Стас, давай за здоровье наших близких, - он поднял рюмку, чокнулся со Стасом.
- Хороший коньяк, – Стас поставил пустую рюмку на стол и откинулся чуть назад.
- Кушай, закусывай – сказал отец, пододвигая ближе к Стасу тарелку с курятиной.
- Да я ем, все очень вкусно. Я люблю вашу кухню, - сказал он. – А правда, что вы собираетесь на Кавказ?
- Да, думаю, – сказал отец. – Только ехать некуда. В нашем доме живут чужие люди. Район относится к другой республике. Ингушей туда пускают неохотно, не хотят прописывать. Люди вынуждены свои же дома выкупать у новых хозяев, а те боятся властей и дома не продают.
- И здесь тоже можно жить, – заметил Стас.
- Можно, живем, слава Аллаху, –  сказал отец. - Но все ровно домой тянет. 25 лет уже здесь. Наши почти все уже уехали. Да и дети растут. Вон, смотри, старший уже с меня вымахал.
-  О нем я и хочу с тобой поговорить, – сказал Стас.
В это время в комнату вбежал Мурат.
- Папа, нашего Магомеда по телевизору показывают. Дяденька, и вас тоже, – выпалил он возбужденно. - Идите скорее. 
Они прошли в соседнюю комнату. Передавали местные новости. Показывали сюжет о их команде, ставшей чемпионом республики. Глава облспорткомитета возбужденно говорил о заботе, проявленной его ведомством, о внимании городских и областных властей, восхваляя областных руководителей, и - ни слова о тренере и хоккеистах.
- Видишь, – сказал Стас Хасанбеку, – чушь несет, и никто его теперь не остановит. И так всегда и во всем.
В это время на экране появился Стас, но его монолог был сильно урезан. Оставили только слова, в которых Стас благодарил своих игроков. Сюжет закончился. Старшие снова сели за стол.
- Вот тебе и победа, – невесело молвил Стас.  - Пацаны бились, а в почете - чиновники.
- Слушай, неужели это действительно так серьезно? Ведь по телевизору просто так не покажут, – спросил его Хасанбек.
- Ну, как тебе сказать, – начал задумчиво Стас. - Вот, например, твоего сына уже сейчас зовут в команду мастеров.
- И что он там будет делать? Ему и 15 еще нет.
- Ну и что? – возразил Стас. – У нас в 17 лет играют за сборную. Третьяк, например.
А кто это? - спросил отец.
- Вратарь, как и твой сын, – сказал Стас,  не понимавший людей, не разбирающихся в хоккее.
- А где он будет там жить, если поедет? – задал вопрос отец.
- Не волнуйся. Жить будет в лучшей гостинице. Питание как в обкоме партии и хорошая зарплата.
- Зарплата? – удивился отец, не веря Стасу.
- Зарплата. По началу рублей 300-400 будет получать, а потом все от него зависит, – ответил Стас.
- А потом? – не унимался отец.
- До 700-800 рублей может зарабатывать. У тебя какой оклад? – спросил он Хасанбека.
- 84 рубля, – ответил отец. – Но кто сейчас живет на одну зарплату?
- Я живу, – грустно улыбнулся Стас.
- Ладно,  давай еще по одной за вашу победу, – сказал отец, разливая коньяк. Они выпили. Мать принесла галушки с соусом.
Они принялись с аппетитом есть.
- Скажи мне, Хасанбек, – обратился Стас, – почему ваш народ выслали сюда? За что? Ладно мы, поляки, жили на границе. Никто всерьез советскую власть не воспринимал. Жили по дедовским обычаям, работали, верили в Бога. А вас за что? Ведь вы не были в оккупации, сражались за советскую власть.
- Мой отец был тяжело ранен в гражданскую, – ответил отец, - воевал в первую мировую, имел награды и благодарности, а умер в 1944 году от тифа, через месяц после высылки.
- А ты? – спросил Стас.
- Нас призвали в конце 1943 года, я был на курсах младших командиров в Моздоке, когда пришел приказ всех ингушей и чеченцев отправить по домам.
Отец резко взял бутылку и напомнил рюмки.
- Давай, Стас, выпьем, чтобы никогда ни с одним народом такого не случилось, – произнес он. Они, не чокаясь, выпили.
- А потом? - Стас напряженно смотрел Хасанбеку в глаза.
- А что потом? Приехал домой. Никто из нас не знал, что будут выселять. Думал, отдохнем недельку и на фронт, а нас как скот в вагоны и сюда. Зашел солдат, взял ведро с водой и - в печь. Потушил очаг. Ты не знаешь, что это значит для ингуша…
- Нашу семью, меня сестру и мать, спасли ингуши, – сказал Стас. – Мне было тогда 7 лет. Мы пухли от голода, и если бы не ваши, не сидел бы я здесь в твоем доме. С нами делились последним куском. Я кукурузный хлеб ел впервые в жизни. Уже 23 года прошло, а до сих пор помню его вкус. Сколько наших тогда умерло, никто не считал. В школу не ходил, не в чем было. Соседка наша, тетя Гошта, спасибо ей, помогла выходить больную мать, стирала, готовила. Она сшила мне из солдатской формы штаны и рубашку, шила тапочки. Если бы не она, я бы так и остался неучем. Ты помнишь день смерти Сталина? Все в школе плакали, а я смеялся. Я один. Директор прогнал меня и не хотел снова принимать назад. Тетя Гошта пошла к нему домой и дала ему взбучку. Палкой хотела ударить. Хорошо она его тогда при всем поселке отчитала. Директор ходил жаловаться коменданту, но пронесло. Так мы жили.
Он задумчиво смотрел перед собой. Отец не перебивал,  вспомнив, как сцепился с солдатом, плеснувшим в печь водой из ведра. Его чуть не убили. Больше всех баловался один старший лейтенант из НКВД. Он то и дело хватался за кобуру. Грозился расстрелять на месте. Хорошо, отец вовремя зашел в дом и разрядил ситуацию, ударив сына палкой.
Это понравилось старлею – «Так его, отец, – говорил он. – А то ишь, вздумал права качать. Нет у вас прав и не будет. Вы все враги народа». И он враг?» -  спросил Хасанбек тогда, показывая на 3-летнего братишку.  – «Да», – отрезал офицер. – Он тоже,…
Хасанбек как самое дорогое богатство хранил награды отца, полученные в первую мировую, его солдатскую книжку и пояс. Все это он держал в сундуке на самом дне и никогда никому не показывал. Он поднялся, открыл сундук и разложил все это перед Стасом.
- Это награды моего отца, – сказал, он.
Стас внимательно разглядывал медали, солдатскую книжку, спрашивал, как он сохранил все это до сих пор.
- Мы никогда никого не предавали, Стас, и не виноваты в том, что случилось. Сейчас нельзя об этом говорить, но придет день, и люди будут знать всю правду, – сказал, он. – А эти награды будут доказательством нашей правоты…
В комнате наступила тяжелая гнетущая тишина. Стас задумчиво молчал, в комнате не было ощущения времени. Оно как бы остановилось перед прошлым этих людей. 
- Ну, давай еще по одной, – сказал Хасанбек.
- Нет, хватит, давай лучше поговорим, – предложил Стас.
- Я хорошо знаю твоего брата Доламбека, мы с ним ровесники, учились в одной школе. Где он сейчас? - спросил он.
- Работает машинистом тепловоза.
- А боксом занимается, как раньше.
- Не знаю, нет, наверное. Ему уже 29.
- Да, боксер он был классный. Его вся школа боялась. Везет тебе, Хасанбек, – брат боксер, сын хоккеист. У вас спортивная семья.
- Вот ты говоришь о выселении, – сменил тему Хасанбек, – о том, что нельзя вернуться домой…
- Да, – охотно откликнулся Стас. – Я пару лет назад ездил во Львов, хотел посмотреть родовые места, но меня еще на вокзале остановил милиционер и потребовал документы. Увидев мой паспорт, он отвел меня в отделение. Там мне устроили настоящий допрос. Сами первыми сказали, что я из бывших спецпереселенцев, что мне здесь делать нечего. Как они узнали? – недоумевал он.
- Да очень просто. Откуда в Казахстане поляки, немцы, чеченцы, ингуши, калмыки, корейцы, турки? Ты же сам знаешь. А у тебя в паспорте прописка казахстанская. Любой милиционер сразу вычислит.
- Да, но столько времени прошло. 30 лет уже. Что до сих пор помнят? Нам в оба уха дудят, что мы все равноправные граждане и прочую муру, а на деле?
- А на деле ты и я, и все наши, как были бесправными, так и остались. На деле тебя, за твой же счет заставив купить обратный билет, отправили первым же поездом назад. Так?
- Так. Но я успел съездить к родственникам и поговорить с ними.
- Как они там?
- Все работают. Среди них нет ни одного начальника. Вроде, не пьют, пашут, сеют, а живут неважно. До сих пор на лошадях ездят. Своего транспорта не имеют.
В костеле сделали какой-то склад, сбили кресты. А храму уже 200 лет. Он выстоял в войну, а тут уже после войны с ним такое сотворили. Это же памятник архитектуры. Ну, ладно, люди, а зачем с церквями воевать?
- Я тебе тоже могу много рассказать, – задумчиво сказал Хасанбек, как бы собираясь с мыслями.  - Ты же знаешь, я уже 25 лет работаю на одном месте. Каждый год езжу на курорт. Ты думаешь, мне эти курорты так нужны? Моя родина в 200 километрах от Минеральных Вод. Я каждый раз еду сначала в Базоркино.
- Это ваше село?
- Да, я там родился. И каждый раз человек, который живет в моем доме, обещает продать мне мой же дом, но вот уже 8 лет ничего не меняется.
- Почему? Он же может купить себе другой, и ему еще останется.
- Не может. Власти ему не разрешают. Правда, мы с ним можем посидеть за столом, поговорить. Я даже ночевал там. Но не более того. Ты не представляешь Стас, что значит ночевать в своем доме через 25 лет. Хозяин дома неплохой человек, вежливый, гостеприимный, но за него решает сельсовет. Знаешь, что он мне однажды сказал?
- Скажи, если не секрет.
- Да нет никакого секрета, – махнул рукой Хасанбек. - Мы здесь живем,  сказал он, чтобы ваши сюда не вернулись. Ты видишь, я здесь с женой живу и все, а дети в Южной Осетии, у нас там родина. Ты  знаешь сколько в этом селе одиноких стариков живет? А почему? Что у них детей нет? Некому за ними смотреть? Есть. Они здесь живут в роли сторожей, просто охраняют дома. А знаешь сколько свиней свободно гуляет по селу? Это тоже вам назло делается. Но я тебе ничего не говорил. Если кому скажешь, мне плохо будет.
М.ХАНИЕВ.
(Продолжение следует)

 

 

«Душа обязана трудиться…»
Среди нас есть люди, которые служат примером для подражания. Те, с кого мы берем пример в нашей повседневной жизни, часто сталкиваясь с несовершенством окружающего мира, совершают красивые поступки и не мыслят своего существования без ежедневного и ежечасного труда души.
Следуя мысли поэта о том, что «душа обязана трудиться», они проживают каждый день честно и открыто, встречая с чистым сердцем рассветы, прощая близким их слабости и ставя перед собой неизменно высокую планку.
В числе таких людей, без которых нашу жизнь не наполняли бы яркие и сочные краски, можно смело назвать Тамару Магомедхановну Шадыжеву – прекрасной души человека и замечательного  педагога.
Знакомство с ней для каждого становится приятным открытием. Обладая мягким характером и высокой духовностью, Тамара Магомедхановна всегда готова придти на помощь тому, кто нуждается  в ее совете и поддержке, и живо откликается на доброту, идущую из сердца человека.
Все это делает Т.М.Шадыжеву не только интересной личностью, но и, без сомнения, прекрасной собеседницей. А уж о своей работе, которой она отдает сегодня все силы, Тамара Магомедхановна готова говорить часами. Опытный педагог, за плечами которого уже не один год беззаветного служения любимому делу, она имеет собственную точку зрения на проблемы воспитания и образования подрастающего поколения, готова предлагать коллегам свои «рецепты», прошедшие испытание временем и давно получившие неоспоримое право на существование.
В 1971 году Т.М.Шадыжева стала студенткой филологического факультета Чечено-Ингушского государственного университета им. Л.Н.Толстого. Ее родители Магомедхан Ижиевич и Калимат Экиевна (в девичестве Гагиева) изначально поставили перед собой цель дать своим детям хорошее образование. И хотя задачей это было нелегкой и по тем временам (в семье подрастали четыре дочери и сын), отступать от нее они не собирались.
Для юной Тамары, родившейся в казахском селе Леонидовка, где находилась в сталинской депортации, постигшей ингушский народ, семья Шадыжевых, не было секретом, через какие трудности пришлось пройти ее родителям. А потому она изо всех сил старалась не подвести их.
Студенткой Тамара была очень старательной, вдумчивой и усидчивой. Не случайно университетские преподаватели сразу подметили в ней стремление к лидерству, к новым знаниям, к расширению собственного кругозора. Все эти характерные для своей однокашницы черты всегда отмечали в Шадыжевой и сокурсники, нередко обращавшиеся к ней за помощью в освоении какого-нибудь сложного учебного материала.
Богатый багаж знаний, навыки, приобретенные Тамарой Магомедхановной во время прохождения университетской практики, в последующем пригодились ей, когда она стала делать свои первые самостоятельные шаги на педагогическом поприще. Коллеги, умудренные многолетним опытом работы в школе, сразу заметили в Тамаре зачатки прирожденного педагога. Со временем эти зачатки окрепли и превратились в тот твердый стержень, без которого человеку нечего делать в системе образования.
Конечно, главной силой, побуждающей ее к действию, всегда оставалась неподдельная, искренняя любовь к детям. Любовь, которая облагораживает сердце, делает его отзывчивым и щедрым. В средней школе №22 села Верхние Ачалуки Малгобекского района Тамара Магомедхановна не только снискала себе уважение педагогического коллектива, но и в короткий срок сумела стать непререкаемым авторитетом для своих учеников. Здесь же, в этой школе, работала она и завучем по воспитательной работе.
Перемены в личной жизни заставили Т.М.Шадыжеву в 1992 году покинуть родное село и полюбившуюся школу. Так она несколько лет проработала в Экажевской средней школе №3. Здесь Тамару Магомедхановну тоже запомнили исключительно с положительной стороны.
В особенности полюбили ее дети. Со многими своими учениками Шадыжева до сих пор поддерживает связь.
С 1997 года Тамара Магомедхановна трудится в Верхне-Ачалукской средней школе №17. Это учебное заведение, возглавляемое А.М.Чапановым, в Малгобекском районе по праву считается одним из лучших. Ученики СШ №17 не раз становились лауреатами и призерами самых престижных и ответственных конкурсов, школьных олимпиад и смотров. А в нынешнем году средняя  школа № 17 лидировала в командном зачете во втором республиканском форуме «Одаренные дети», уступив пальму первенства лишь самым именитым и известным инновационным учебным заведениям нашей республики.
Такой успех стал возможен благодаря, разумеется, талантам и упорству педагогического коллектива, работающего в этой сельской школе. И Тамару Магомедхановну Шадыжеву называют в числе лучших его представителей.
Почетный работник общего образования Российской Федерации Т.М.Шадыжева пишет свою педагогическую поэму без всяких скидок на трудности, на те житейские проблемы, избежать которых в наше время нельзя.
И в этом подвиг таких учителей, как Тамара Магомедхановна. На их опыте и знаниях сегодня и базируются те преобразования, которые начались в системе образования с началом реализации национального проекта «Образование». И нет никаких сомнений, что такие профессионалы с поставленными перед ними задачами справятся.

Хава МОЧКОЕВА
На снимке:
Т.М. Шадыжева   

 

ПРАВИЛА ПЕРЕХОДА ДОРОГИ
1.ГДЕ РАЗРЕШАЕТСЯ ПЕРЕХОДИТЬ ДОРОГУ
В Правилах дорожного движения сказано:
«Пешеходы должны пересекать проезжую часть по пешеходным переходам, в том числе по подземным и надземным, а при их отсутствии-на перекрестках по линии тротуаров или обочин».
Подземные пешеходные переходы проходят под проезжей частью дороги, надземные - над ней. Эти переходы обозначены дорожными знаками: « Подземный пешеходный переход» и «Надземный пешеходный переход». Пешеходы, двигаясь по ним, не мешают транспорту и сами находятся в безопасности.
Это очень удобно, но построить везде и всюду такие удобные и безопасные переходы невозможно, да и очень дорого. Там, где нет подземных или надземных пешеходных переходов, следует переходить проезжую часть по наземному пешеходному переходу. А где отсутствуют и наземные пешеходные переходы, пешеходам разрешено пересекать проезжую часть дороги в специально отведенных местах - по линии тротуаров или обочин.
Линии тротуаров или обочин - это условные линии, их на поверхности проезжей части не наносят. Они обозначают границы перекрестка, пересекать которые нельзя. Внутри границы находится перекресток- запретная зона, ступать на которую пешеходу нельзя.
Наземные пешеходные переходы, чтобы они были лучше видны, как правило, обозначаются на асфальте разметкой в виде белых полос, которые наносятся специальной краской или пластиком. Такой переход называют «зеброй», потому что он напоминает расцветку настоящей зебры.
Иногда «зебры» имеет направляющие стрелы, указывающие, что пешеходам надо придерживаться правой стороны.
Бывает, переход еще обозначен и дорожными знаками «Пешеходный переход». А есть переходы, обозначенные только знаками.
Ширина перехода соответствует ширине «зебры» или расстоянию между знаками, или между условными линиями перехода. При пересечении проезжей части пешеходы должны идти ТОЛЬКО в пределах ширины перехода.
Подземные, надземные и наземные переходы, бывает, расположены друг от друга на большом расстоянии. Где тогда можно переходить дорогу пешеходу?  В    «Правилах дорожного движения» сказано:
«При отсутствии в зоне видимости перехода или перекрестка разрешается переходить дорогу под прямым углом к краю проезжей части на участках без разделительной полосы и ограждений там, где она хорошо просматривается в обе стороны.
Разберемся в этом подробнее.
Во-первых, проезжая часть не должна иметь разделительной полосы и ограждений.
Во-вторых, проезжая часть должна хорошо просматриваться в обе стороны, чтобы можно было увидеть приближающийся автомобиль. Следовательно, нельзя переходить проезжую часть перед горкой или перед поворотом дороги.
В-третьих, во всех случаях дорогу можно переходить только под прямым углом к краю проезжей части, то есть строго поперек ее.
Итак, для перехода дороги имеются следующие пешеходные переходы: 1.Подземный; 2.Надземный; 3. Наземный.
Обрати внимание! Пешеходные переходы, которые имеют разметку «зебра» и (или) дорожные знаки «Пешеходный переход», называются обозначенными пешеходными переходами.
А есть пешеходные переходы, которые никаких обозначений не имеют. Это переходы по линии тротуаров или обочин. Они называются необозначенными.
Если на переходах движение пешеходов и транспортных средств очень интенсивное, то его приходится регулировать при помощи сигналов светофора или регулировщика.
Пешеходные переходы, где движение регулируют светофоры или регулировщики, называются регулируемыми.
Переходы, на которых нет светофора или регулировщика, и где пешеходы сами определяют, когда можно пересекать проезжую часть, а когда нельзя, называются нерегулируемыми.
Нерегулируемым, согласно «Правилам дорожного движения», переход считается и в том случае, если светофор имеется, но выключен, или работает только желтый мигающий сигнал:
«Желтый мигающий сигнал разрешает  движение  и информирует о наличии  нерегулируемого  перекрестка  или пешеходного перехода, предупреждает об опасности».
СЧАСТЛИВОГО ПУТИ!
Хадишат АЛБАКОВА,

инспектор пропаганды ОБДПС УГИБДД МВД по РИ, капитан милиции

 

 

 

 


 
----

??????.???????
Новости |  Наш Президент |  Пишет пресса |  Документы |  ЖЗЛ |  История
Абсолютный Слух |  Тесты он-лайн |  Прогноз погоды |  Фотогалерея |  Конкурс
Видеогалерея |  Форум |  Искусство |  Веб-чат
Перепечатка материалов сайта - ТОЛЬКО с разрешения автора или владельца сайта и ТОЛЬКО с активной ссылкой на www.ingush.ru
По вопросам сотрудничества или размещения рекламы обращайтесь web@ingush.ru